В аналитической заметке Наргизы Умаровой, опубликованной изданием «CACI Analyst», рассматривается растущая роль Центральной Азии в формирующихся евразийских транспортных и логистических сетях. На фоне геополитических потрясений, нестабильности в морском судоходстве и реструктуризации глобальных цепочек поставок автор утверждает, что у региона есть значительная возможность превратить свое географическое положение страны, не имеющей выхода к морю, из структурного ограничения в стратегическое преимущество. В обзоре освещается быстрое развитие крупных транспортных инициатив по направлениям «восток–запад» и «север–юг», в которых участвуют центральноазиатские государства, включая коридор CASCA+, Транскаспийский международный транспортный маршрут («Средний коридор») и формирующиеся железнодорожные соединения через Афганистан. В то же время в нем выявляется фундаментальный недостаток нынешнего регионального подхода: несмотря на в целом совпадающие интересы, страны Центральной Азии продолжают реализовывать ряд транспортных проектов преимущественно в рамках национальных стратегий и отдельных партнерств с внешними участниками. По мнению автора, недостаточная координация создает риск появления дублирующейся инфраструктуры, конкурирующих транзитных маршрутов и нездоровой конкуренции за инвестиции и грузопотоки. Особое внимание уделяется практическим барьерам, которые по-прежнему ограничивают внутрирегиональную связь, в том числе различиям в тарифной политике и транспортном законодательстве, обременительным таможенным процедурам, недостаточной пропускной способности пограничных пунктов, ограниченной цифровизации и отсутствию единых стандартов документации и регулирования. В обзоре утверждается, что совместное устранение этих препятствий не только снизит транспортные издержки, но и укрепит позиции Центральной Азии в переговорах с крупными внешними партнерами, такими как Китай, Европейский союз, Япония, Южная Корея и страны Персидского залива. Автор приходит к выводу, что государствам Центральной Азии необходима единая региональная стратегия развития и продвижения международных транспортных коридоров, подкрепленная постоянным координационным органом, обладающим соответствующим правовым статусом. Такой подход мог бы помочь предотвратить ненужное дублирование, согласовать национальные приоритеты в области инфраструктуры и позволить Центральной Азии участвовать в формирующейся геополитике евразийской транспортной связности в качестве более слаженного регионального игрока, а не как совокупность конкурирующих транзитных государств. Читайте на CACI Analyst * Институт перспективных международных исследований (ИПМИ) не принимает институциональной позиции по каким-либо вопросам; представленные здесь мнения принадлежат автору, или авторам, и не обязательно отражают точку зрения ИПМИ.

В аналитической заметке Наргизы Умаровой, руководителя Центра стратегической связности при Институте перспективных международных исследований, рассматривается растущее стратегическое значение узбекско-грузинского сотрудничества в контексте расширения транспортных связей между Центральной Азией, Южным Кавказом и Евразией в целом. Автор утверждает, что укрепление связей между Ташкентом и Тбилиси обусловлено не только соображениями торговли и логистики, но и более широкими усилиями по укреплению экономического суверенитета, диверсификации внешних партнерств и снижению чрезмерной зависимости от отдельных великих держав. Центральное место в обзоре занимает Транскаспийский международный транспортный маршрут, или «Средний коридор», и его потенциальная интеграция с новыми транспортными инициативами, продвигаемыми Узбекистаном. Умарова подчеркивает важность соединения «Среднего коридора» с железнодорожной линией Китай–Кыргызстан–Узбекистан и Трансафганским железнодорожным коридором, что позволит создать более широкие логистические цепочки «восток–запад» и «север–юг», связывающие Европу с Китаем, Индией и Южной Азией. Такой подход мог бы укрепить роль Узбекистана как континентального транзитного узла, одновременно предоставив Грузии более широкий доступ к быстро растущим рынкам Центральной, Восточной и Южной Азии. В то же время автор подчеркивает, что одни только инвестиции в инфраструктуру не гарантируют конкурентоспособности этих маршрутов. К числу постоянных проблем относятся высокие транспортные издержки, мультимодальность, ограниченная цифровизация, нетарифные барьеры и недостаточная оперативная координация между участвующими странами. Поэтому в обзоре содержится призыв к большей гармонизации технических, административных и правовых стандартов и предлагается создать совместную электронную платформу для координации грузоперевозок на базе транспортного коридора CASCA+ с целью перехода к более интегрированной и бесперебойной региональной логистической системе. Читайте в «The Times of Central Asia» * Институт перспективных международных исследований (ИПМИ) не принимает институциональной позиции по каким-либо вопросам; представленные здесь мнения принадлежат автору, или авторам, и не обязательно отражают точку зрения ИПМИ.

В аналитической заметке Мухаммада Худжаназарова, опубликованной Институтом политики безопасности и развития (ISDP), рассматривается более широкое институциональное и геополитическое значение первого международного листинга акций Узбекистана. Опираясь на дебют Национального инвестиционного фонда Узбекистана (UzNIF) на Лондонской фондовой бирже в мае 2026 года, автор утверждает, что эту сделку следует рассматривать не просто как успешную операцию по привлечению капитала, а как важный шаг на пути к интеграции экономических реформ Узбекистана в систему правил, требований к раскрытию информации и механизмов подотчетности глобальных рынков капитала. В обзоре подчеркивается, как размещение миноритарных долей в крупных государственных предприятиях может укрепить корпоративную прозрачность, создать новые стимулы для устойчивых реформ и сделать будущие отступления от курса реформ более затратными. В нем также оцениваются более широкие международные последствия растущей интеграции Узбекистана в глобальные финансовые рынки, включая углубление взаимодействия с европейскими инвесторами и институтами, диверсификацию в рамках многовекторной внешней политики Ташкента и постепенное приведение внутреннего экономического управления в соответствие с международными рыночными стандартами. В то же время автор предупреждает, что один лишь международный листинг не может решить структурные проблемы, стоящие перед экономикой Узбекистана. Сохраняющаяся значительная роль государства, слабости в сфере управления и внешняя уязвимость означают, что эффективность модели UzNIF в конечном итоге будет зависеть от устойчивых реформ в области регулирования, управления и институциональной структуры. Тем не менее в обзоре делается вывод, что листинг представляет собой потенциально значимый механизм для укрепления курса Узбекистана на реформы, делая экономическую открытость более прозрачной, институционализированной и труднообратимой. Читайте на сайте ISDP * Институт перспективных международных исследований (ИПМИ) не принимает институциональной позиции по каким-либо вопросам; представленные здесь мнения принадлежат автору, или авторам, и не обязательно отражают точку зрения ИПМИ.

В аналитической заметке Фарангиз Джунашевой, магистрантки УМЭД, рассматривается Китайская инициатива по глобальному управлению (GGI), представленная президентом Си Цзиньпином в 2025 году, а также её место в более широкой концепции Пекина по реформированию международного порядка. В нём анализируются основные принципы инициативы, в том числе равенство суверенитетов, многосторонний подход, центральная роль Организации Объединённых Наций, более широкое представительство стран «Глобального Юга» и реформа международных институтов с целью отражения изменений в глобальном балансе сил. В обзоре GGI рассматривается в более широком контексте глобальных инициатив Китая наряду с Глобальной инициативой в области развития (GDI), Глобальной инициативой в области безопасности (GSI), Глобальной инициативой в области цивилизаций (GCI) и инициативой «Пояс и путь». Особое внимание уделяется значению GGI для развивающихся стран, которые могут рассматривать акцент, делаемый в ней на представительстве, праве на развитие и более активном участии в формировании глобальных правил, как альтернативный подход к международному сотрудничеству. В то же время автор рассматривает критические точки зрения, ставящие под сомнение, в полной ли мере риторика Китая о справедливом глобальном управлении соответствует его экономической и внешнеполитической практике. В итоге анализа делается вывод о том, что ГГИ отражает более широкую трансформацию международной роли Китая: от адаптации к существующей системе глобального управления к стремлению играть более активную роль в формировании её норм, институтов и механизмов. Таким образом, эту инициативу можно рассматривать как концептуальное предложение по реформированию глобального управления, так и как инструмент, с помощью которого Пекин стремится расширить своё нормативное и политическое влияние на международной арене. * Институт перспективных международных исследований (ИПМИ) не принимает институциональной позиции по каким-либо вопросам; представленные здесь мнения принадлежат автору, или авторам, и не обязательно отражают точку зрения ИПМИ.

Наргиза Умарова анализирует ускоряющееся развитие транспортных и логистических связей между Китаем и Центральной Азией в рамках инициативы «Пояс и путь». Автор обращает внимание на запуск новых железнодорожных и автомобильных маршрутов, соединяющих крупные промышленные и экономические центры Китая с логистическими узлами в Узбекистане, Туркменистане и Таджикистане. В обзоре утверждается, что это расширение отражает две тесно взаимосвязанные тенденции: быстрый рост торговли между Китаем и Центральной Азией и растущую важность региона в рамках евразийских наземных транспортных сетей. В 2025 году Китай впервые стал крупнейшим торговым партнером всех пяти центральноазиатских государств, при этом объем двусторонней торговли превысил 100 млрд долларов США благодаря ежегодному росту на 12 процентов. Умарова также обращает внимание на изменение структуры региональных грузопотоков. Экспорт Китая в Центральную Азию, в основном состоящий из высокостоимостных промышленных товаров, примерно в два раза превышает стоимость его импорта из этого региона, что стимулирует более широкое использование контейнерных перевозок. На этом фоне расширение наземных маршрутов укрепляет роль Центральной Азии как растущего рынка для китайских товаров, так и все более важного транзитного коридора, связывающего Китай с более широкими евразийскими рынками. Читайте в South China Morning Post * Институт перспективных международных исследований (ИПМИ) не принимает институциональной позиции по каким-либо вопросам; представленные здесь мнения принадлежат автору, или авторам, и не обязательно отражают точку зрения ИПМИ.

Автор:  Сабина Гулямова , магистрант УМЭД, стажёр Центра устойчивого развития ИПМИ Данная аналитическая заметка исследует взаимосвязь между изменением климата и миграцией в Республике Каракалпакстан. Опираясь на статистические данные и экспертные оценки, автор рассматривает современные миграционные тенденции в регионе и их последствия для социально-экономического развития. В записке освещается растущая роль трудовой миграции и денежных переводов в поддержке благосостояния домохозяйств, а также анализируется, как экологические и экономические факторы влияют на мобильность населения. Особое внимание уделяется проблемам, связанным с демографическими изменениями, урбанизацией и региональными диспропорциями внутри Каракалпакстана. В более широком плане исследование рассматривает Каракалпакстан в контексте бассейна Аральского моря и Центральной Азии в целом, подчёркивая связи между миграцией, адаптацией к изменению климата, водной безопасностью и устойчивым развитием. Автор приходит к выводу, что укрепление устойчивости в экологически уязвимых регионах потребует скоординированных усилий в области экономического развития, адаптации к изменению климата и регионального сотрудничества. * Институт перспективных международных исследований (ИПМИ) не принимает институциональной позиции по каким-либо вопросам; представленные здесь мнения принадлежат автору, или авторам, и не обязательно отражают точку зрения ИПМИ.